Молодёжь уезжает в города и за границу: история умирающей деревни на Кипре

Большую часть года Кинуса будто спит. Пустые улицы, редкие машины, тишина. «Сейчас здесь всё мертво», — так описывают деревню её немногие жители. И лишь в августе она оживает: население подскакивает примерно до 250 человек за счёт вернувшихся эмигрантов и туристов. Остальные одиннадцать месяцев — это 92 постоянных жителя, в основном пожилые.

Староста горной деревни в Пафосском районе Соломос Михаил говорит о происходящем без прикрас. Когда-то в Кинусе жило около 300 человек — сегодня осталось 92. «Нам удалось уничтожить сёла», — горько роняет он. Молодых пар в деревне — пять-шесть, всё остальное население стареет.

Почему молодёжь уезжает

Главную причину Михаил называет прямо: урбанизм. Молодёжь перебирается в города или вовсе уезжает за границу. Добавляет растущая стоимость жизни — аренда, топливо, муниципальные налоги; молодым парам трудно жить самостоятельно и почти невозможно что-то накопить.

«Сегодня молодые не могут отложить денег, чтобы создать что-то своё», — говорит он.

Самый личный пример — его собственный сын. Старший из восьми детей старосты уехал и работает в отеле в Ирландии: зарплаты там заметно выше кипрских, да ещё с бесплатным жильём и питанием. «Почему он не может быть дома, на своём месте, и работать за достойную зарплату?» — спрашивает Михаил, который и сам несколько лет проработал за рубежом и знает тамошние условия не понаслышке.

Кинуса здесь — лишь частный случай большого сдвига. Кипр входит в число самых «городских» стран Евросоюза: по данным Eurostat, более половины жителей острова живут в городах. И по всему ЕС картина схожа — молодёжь уезжает из сёл в города или за границу за работой и образованием, а в деревнях остаются пожилые.

За что ещё держится деревня?

И всё же Михаил находит, на чём строить надежду. В Кинусе по-прежнему теплится производственная жизнь: кто-то занят в лесозаготовках и лесном хозяйстве, кто-то работает на себя, есть и занятые в металлообработке. Земля родит виноград, зерновые, бобовые, миндаль, рожковое дерево и оливки, а часть Пафосского леса лежит в границах общины.

Но главный его аргумент — дети. Сейчас в общине 25 учеников, которые каждый день ездят в Полис-Хрисохус — в детский сад, школу и старшие классы. «Это приятно», — подчёркивает староста: несмотря на демографический спад, в деревне всё ещё появляются новые семьи. Маленькие общины, сетует он, не получают необходимой поддержки и потому угасают; чтобы переломить это, нужно подчёркивать местный колорит и поддерживать занятость на местах. «Этому месту необходимы общая перестройка и смена менталитета», — формулирует он.

Цена, которую платит староста

История самого Михаила показательна. Отец восьмерых детей (старшему — 25, младшему — восемь), он получает минимальный гарантированный доход и при этом борется с проблемами со здоровьем. Жена работает неполный день, и большую часть забот о пятерых несовершеннолетних детях он берёт на себя. Каждый день, по его словам, — это борьба за семью и за общину.

Облик Кинусы — как у многих горных и отдалённых уголков Кипра. Маленькое кафе служит местом встреч для немногих оставшихся; когда-то работала и крошечная гостиница для туристов, но после смерти владельцев так и не открылась — ещё одна брешь в местной экономике. А деревня ждёт августа, чтобы снова, ненадолго, ожить.